Заходя на наш сайт, вы автоматически оставляете администратору свои пользовательские данные в целях функционирования сайта и проведения статистических исследований. Продолжая работу с сайтом, вы подтверждаете свое согласие на обработку пользовательских данных.

Назад

Обзор филантропии в Китае

Недавно увидел свет аналитический отчет Philanthropy in China («Филантропия в Китае»), подготовленный Asian Venture Philanthropy Network (AVPN) при поддержке The Rockefeller Foundation и анализирующий состояние филантропии в современном Китае.

Как и в России, филантропия в Китае развивается быстрыми темпами. Переломным годом можно назвать 2008 – год проведения Олимпийских игр в Китае и сильнейшего землетрясения в провинции Сычуань. Два очень разных повода, но именно они сыграли ключевую роль в 35-кратном росте пожертвований в некоммерческий сектор с 440 млн. дол. США в 2007 году до 16,1 млрд. дол. США в 2008 году.  Дело в том, что благодаря Олимпиаде Китай серьезно укрепил свои позиции на мировой арене, а сильнейшая за предшествовавшие 25 лет катастрофа способствовала мобилизации общественных ресурсов. В 2017 году общий объем пожертвований в НКО составил уже 23,4 млрд. дол. США. Пока это небольшая доля в ВВП (0,2%), но темпы прироста пожертвований стабильно превышают темпы прироста ВВП за последние годы.  

Показатель 2017

Россия

Китай

Население

146,8 млн чел.

1,4 млрд чел. 

Валовой внутренний продукт (ВВП)

92,1 трлн руб. (1,6 трлн. дол. США*)

82,7 трлн юаней (12,3 трлн. дол. США*)

ВВП на душу населения

10,9 тыс. дол. США**

8,8 тыс. дол. США**

Темпы прироста ВВП (2001 – 2017)

3,5%

9,3%

*По среднегодовому курсу за 2017 год
** Получено расчетным путем
Источники: Федеральная служба государственной статистики, National Bureau of Statistics of China. Данные на 2017 год.


Доминирующую роль здесь играют корпорации и корпоративные фонды, их вклад в общий объем пожертвований составил 14,2 млрд. дол. США или 65% в 2016 году. Половина из них – частный бизнес, далее следуют государственные корпорации. Отдельно выделяют корпорации, зарегистрированные на Тайване, в Гонконге и Макао, а также зарубежные бизнесы. Внушительная доля корпоративных пожертвований объясняется, в том числе, растущим давлением на бизнес в отношении их вклада в создание социальных изменений. Помимо этого, сказывается положительное влияние налоговых стимулов. Налоговый вычет на пожертвования может составлять до 12% от годовой прибыли при корпоративном налоге на прибыль в 25%. Среди направлений поддержки 75 крупнейших корпоративных фондов лидируют образование, борьба с бедностью, помощь в случае стихийных бедствий и катастроф, экология, здравоохранение. Для сравнения, в России среди направлений поддержки ведущих корпораций лидируют образование, социальная работа, развитие местных сообществ и экология. По состоянию на 2016 год в Китае было зарегистрировано 1 002 корпоративных фонда. В России точных данных по количеству корпоративных фондов нет, но их количество навряд ли превысит несколько десятков.

На втором месте – индивидуальные пожертвования, в том числе крупные частные пожертвования. В том же 2016 году они составляли порядка 4 млрд. дол. США или 21%. Из свежих данных 2018 года видно, что топ-100 китайских филантропов пожертвовали 3,3 млрд. дол. США в благотворительные организации и образовательные институты. А согласно Annual Report on China’s Philanthropy Development 12 ведущих фандрайзинговых платформ в Китае помогли привлечь ок. 387 млн. дол. США в 2017 году. Интересно, что в отличие от бизнеса крупные филантропы гораздо активнее поддерживают образовательные проекты, на них приходится 41% их пожертвований против 25% у корпораций. Во многом это связано с тем, что большинство состоятельных людей предпочитают поддерживать свои альма-матер, и объемы такой поддержки очень серьезные. Средства направляются преимущественно на развитие университетских мощностей, строительство библиотек, исследовательских лабораторий и на стипендии. И наоборот, экология совсем не представлена в приоритетных направлениях поддержки у филантропов.

Сравним с нами (2016-2017 гг.)

Тип пожертвований Россия* Китай

Корпоративные пожертвования


     2,6-3,5 млрд дол. США / год**

     14,2 млрд дол. США / год

Крупные частные пожертвования
 

     0,64-0,96 млрд дол. США / год**

     ~3,3 млрд дол. США / год

Массовые пожертвования
 

     2,2-2,5 млрд дол. США / год** 


     ~0,4-0,7 млрд дол. США / год

*По оценке экспертов Центра управления благосостояния и филантропии Московской школы управления Сколково
**По среднегодовому курсу за соответствующий год

Невероятно любопытно сравнить эти показатели. Во-первых, в глаза бросается разница в объеме массовых пожертвований более чем в 5 раз в пользу России при 10-кратной разнице в размере населения в пользу Китая. Даже учитывая приблизительный характер оценки, разрыв действительно впечатляет. Если отталкиваться от данных CAF World Giving Index 2018, только 14% населения Китая старше 15 лет (ок. 83% от общего населения) осуществляет пожертвования в НКО. Несложно посчитать, что средний размер этих пожертвований составляет менее 2,5 дол. США в год.

Если посмотреть на разрыв в объеме корпоративных пожертвований, то он вполне объясняется похожей разнице в объеме экономик и представляется вполне логичным.

Что касается крупных частных пожертвований, здесь разница тоже кажется вполне оправданной. При том, что информация о пожертвованиях российских владельцев капиталов непрозрачна, приблизительна и вполне может варьироваться как в ту, так и в другую сторону.  К слову, в 2018 году в Китае насчитывалось 819 долларовых миллиардеров, в России же, согласно ежегодному рейтингу Forbes «200 богатейших бизнесменов» их было 106 в 2018 году (в 2019 году – 100).

При этом если механизмы осуществления корпоративных и массовых пожертвований в России и в Китае относительно стандартные, то в случае с крупными частными пожертвованиями Китай идет на голову впереди России. Большинство владельцев капиталов распределяют средства на благотворительность через четыре основных канала: собственные фонды, благотворительные трасты, специальные фонды на сторонних платформах, именные фонды (DAF - donor-advised fund) и прямые пожертвования в некоммерческие организации.

Интересно, что благотворительные трасты появились в 1996 году, а к 2018 было зарегистрировано 105 таких трастов с общим объемом средств 239 млрд. дол. США, и эксперты отмечают, что это очень слабые показатели. Основная причина – отсутствие налоговой политики по стимулированию развития этого механизма. В то же время специальные фонды, создаваемые под «шапкой» государственных или просто очень известных фондов, пользуются популярностью. Они позволяют филантропам не только получать налоговые льготы, но и снижать риск благодаря тому, что за использование средств отвечает профессиональная команда. В случае с государственными фондами это еще и дополнительные бонусы в виде хороших отношений с государством.  

Именные фонды появились в Китае лишь в 2017 году благодаря вкладу Social Venture Group в развитие этого механизма. Первые два именных семейных фонда учредил фонд Bejing Yongyuan Foundation на сумму 1,5 млн. дол. США. В отличие от специальных фондов именные фонды не ограничивают использование средств только в пользу одной организации, филантропы могут выбирать разные проекты и организации. Кроме этого именными фондами может управлять третья сторона – инвестиционная компания, а специальные фонды полностью контролируются и управляются самой некоммерческой организацией. Как и в случае с благотворительными трастами, развитие именных фондов зависит от скорости и качества стимулирующих налоговых реформ.

Самый понятный инструмент – это, конечно, частный благотворительный фонд. Всего на 2017 год в Китае было зарегистрировано 6 322 благотворительных фонда, которые по китайским законам делятся на публичные фандрайзинговые фонды (32%) и непубличные фандрайзинговые фонды (68%). Но главное различие не в этом. А в том, что, по экспертным оценкам, только 1% всех фондов являются грантодающими, все остальные – операционные фонды, самостоятельно реализующие собственные проекты. Прежде всего это свидетельствует о низком уровне доверия к некоммерческим организациями и сомнении в их реальной эффективности. Для сравнения: в США 92% всех фондов являются грантодающими. Ключевые направления, на которые частными фондами направляется больше всего средств, - это образование, борьба с бедностью, здоровье и благополучие человека, устойчивые города и сообщества. По данным Минюста РФ, в России зарегистрировано больше 11 тысяч организаций с организационно-правовой формой «фонд». Точное количество частных благотворительных фондов неизвестно, но интерес к частной благотворительности растет, о чем свидетельствует, например, первый рейтинг Forbes «20 лучших благотворительных фондов богатейших бизнесменов России».

Инфраструктура китайской благотворительности, или экосистема поддержки сектора, находится в стадии своего формирования. Она представлена фондами, инкубаторами и акселераторами, государственными органами, финансовыми институтами, сетевыми организациями, зарубежными неправительственными организациями, академическими институтами и аналитическими центрами. Но, как и в развитых странах мира, инфраструктура в Китае испытывает нехватку инвестиций, и ее развитие идет с отставанием в сравнении с общим ростом некоммерческого сектора. На это накладывается нехватка надежных данных о работе отрасли в целом и по отдельным направлениям. Кстати, это называется одной из причин, по которым фонды делают выбор в пользу операционной, а не грантодающей модели. Тем не менее, Правительство Китая предпринимает определенные инициативы по изменению ситуации. Например, закон о благотворительности 2016 года, направленный на формализацию и профессионализацию благотворительного сектора. Закон устанавливает критерии для получения социально-ориентированной организацией статуса благотворительной, задает рамку для развития благотворительных трастов, хотя отсутствие стимулирующей налоговой политики по-прежнему является основным барьером. В 2018 году были приняты дополнения к закону, обязывающие все благотворительные организации раскрывать определенную информацию о себе и своей деятельности, включая финансовые показатели, данные о своих проектах и фандрайзинговых активностях.

К ключевым трендам и возможностям развития китайского некоммерческого сектора можно отнести следующие:

- Формализация и профессионализация отрасли. Новое законодательство является частью общей политики по созданию стандартов отрасли. Возникает потребность в профессиональных сервис-провайдерах и посредниках, способных делать работу сектора более эффективной.

- Финансирование ранее непопулярных направлений. Например, развитие и поддержка молодежи, как ни удивительно, только возникает как фокус у профессиональных доноров. Защита экологии и борьба с изменениями климата тоже постепенно набирает обороты. И даже инвестиции в инфраструктуру сектора медленно, но верно увеличиваются.

- Создание устойчивых финансовых моделей и масштабирование. Муниципальные органы власти все чаще поддерживают НКО и социальных предпринимателей не через грантовую схему, а через модель НКО как поставщиков социальных услуг. Многие фонды экспериментируют с новыми инструментами социальных инвестиций, такими как беспроцентные ссуды или покупка доли в социальном предприятии. Увеличивается количество бизнесов, нацеленных и на устойчивую бизнес-модель, и на положительный социальный эффект.

- Движение за пределы Китая. Это движение нельзя назвать массовым, но уже есть несколько прецедентов, когда организации начинают международную деятельность. Как правило, это китайские корпорации. В качестве примера можно привести Fosun Group, крупный конгломерат и и инвестиционную компанию, владеющую бизнесами Club Med и Thomas Cook. Они участвуют в программах в области здравоохранения, образования, молодежного предпринимательства на рынках своего присутствия, включая США и Европу. Или филантроп г-н Чен, возглавляющий Shanda Group, который вместе со своей супругой передал 115 млн. дол. США на создание Института нейронаук при Калифорнийском технологическом институте.

- Революционное развитие технологий. Как и везде в мире, современные технологии снижают барьеры для осуществления филантропической деятельности. Как упоминалось выше, краудфандинговые платформы привлекают уже почти 400 млн. дол. США в год. Происходит геймификация участия в благотворительности, создаются креативные решения, работающие на вовлечение массовых доноров.

Одновременно перед сектором стоит ряд вызовов, которые только предстоит преодолеть и которые часто тесно взаимосвязаны с трендами и возможностями. Это и развитие инфраструктуры отрасли, и приход грантодающей модели на смену операционной, и формирование партнерств с прогрессивными китайскими компаниями, которые могут стать источником ценных ресурсов и выступить мостом между Китаем и остальным миром. И, несомненно, это развитие человеческого капитала, поскольку сектору остро необходимы профессионалы и лидеры будущих поколений.

В целом этот краткий экскурс в современную китайскую филантропию демонстрирует, что российский и китайский сектор идут примерно в ногу, где-то опережая другую сторону, где-то находясь в догоняющей позиции. По уровню развития и зрелости это вполне сопоставимые индустрии. Об этом можно судить не только по количественным показателям, но и по многим схожим вызовам, которые стоят перед некоммерческим сектором в России и в Китае. С одной стороны, это означает, что изучение опыта друг друга, безусловно, может способствовать более быстрой и эффективной реализации тех или иных инноваций. С другой стороны, обеим странам необходимы новые импульсы для развития, и часто эти импульсы можно найти только за пределами сообщества равных. 


 

Другие материалы блога

12 июля 2019
Магистранты о магистратуре

Наталья Шульгина

Директор программ

#Магистратура #Образование
10 июля 2019
Магистратура сегодня и в будущем

Наталья Шульгина

Директор программ

#Магистратура #Образование
8 июля 2019
Болевые точки магистратуры

Наталья Шульгина

Директор программ

#Магистратура #Образование
3 июля 2019
Новый fondpotanin.ru

В июле Фонд Потанина запустил новый веб-сайт

Юлия Грозовская

Директор по связям с общественностью

25 марта 2019
Высшая школа бизнеса МГУ

Описание для анонса

Роман Склоцкий

Директор Центра развития филантропии

#Образование
14 марта 2019
Действовать как лаборатория

Генеральный директор Фонда Оксана Орачева о том, как устроен фонд и куда движется российская благотворительность в интервью журналу Forbes

Оксана Орачева

Генеральный директор